Ой, воля моя

В зоне серой, где тени пляшут в углу, Гитара плачет, а душа в огне.

Помнишь, брат, те ночи у костра в тайге, Где водка жгла, а бабы пели с нами в лад. Я был королём, с хазой своей на воле, А ты, любовь моя, шептала: "Не уходи, родной". Но жизнь кинула в оборот, как шулер в карты, Предал кореш, сдал ментам за бабки зелёные. Теперь сижу на нарах, в бетонной клетке, И тоска по дому грызёт, как крыса в темноте.

Ой, воля моя, где ты, родная сторонка? Мамаша плачет, ждёт сына с той стороны. Любовь предала, но сердце не сломать, Вернусь, отмоюсь, искуплю все беды. Шансон поёт про судьбу такую, В зоне братва – единственная семья.

Письма от неё приходят, как нож в спину, "Живу с другим, забыла наши клятвы". А я тут маюсь, в потугу бью по груше, Мечтаю о воле, о ветре в лицо. Братва поёт у параши под гитару, О бабах, о зонах, о жизни в кайф. Но в груди огонь – вернусь и всё верну, Предатель найдёт, что заслужил сполна.

Ой, воля моя, где ты, родная сторонка? Мамаша плачет, ждёт сына с той стороны. Любовь предала, но сердце не сломать, Вернусь, отмоюсь, искуплю все беды. Шансон поёт про судьбу такую, В зоне братва – единственная семья.

Эх, если б время повернуть вспять, как в кино, Не взял бы пулю, не сел бы на ствол. Но ладно, братцы, выживем в этой юдоли, Выйду на волю – и новый расклад.

Скоро срок кончится, калитка скрипнет, Поеду к матери, в избушку свою. Любовь забуду, найду новую музу, Жить буду честно, без зэковских дел. Но в сердце шрам от измены той злой, И шансон напомнит о днях тяжёлых.

Ой, воля моя, где ты, родная сторонка? Мамаша плачет, ждёт сына с той стороны. Любовь предала, но сердце не сломать, Вернусь, отмоюсь, искуплю все беды. Шансон поёт про судьбу такую, В зоне братва – единственная семья.

Да, братва, держитесь, воля впереди... Шансон затихает в ночи тюремной.