Судьба-Крутилка

В зоне серой, где тени пляшут в полумраке, Сердце стонет, как старый аккордеон в тиши.

Сижу на нарах, в углу хаты сырой, Вспоминаю глаза твои, любовь моя разбитая. Ты шептала: "Вернёшься, милый, я дождусь", А братва предала, и вот я здесь, в аду кованном. Колю малярку на груди, чтоб не забыть, Твою улыбку в те далёкие, тёплые дни.

Ой, судьба-крутилка, зачем нас разлучила? Любовь моя, как водка, жжёт в груди огнём. Выйду на волю, найду тебя в глуши, Поцелую в губы, простишь ли, родная? Шансон мой поёт в ночи бессонной, О предательстве, о тоске, о надежде глухой.

Письма твои жёлтые, как осенний лист, Приходят редко, с чужим почерком теперь. Братан шепнул: "Она с другим греется у печи", Сердце сжалось, как в тисках, в ярости слепой. Но верю, милая, что это сплетни зоны злой, Ты ждёшь меня, в слезах, в той хате под ивой.

Ой, судьба-крутилка, зачем нас разлучила? Любовь моя, как водка, жжёт в груди огнём. Выйду на волю, найду тебя в глуши, Поцелую в губы, простишь ли, родная? Шансон мой поёт в ночи бессонной, О предательстве, о тоске, о надежде глухой.

Эх, время тянет, как цепь на ногах тяжёлых, Мечтаю о воле, о ветре в лицо свободном. Крест на кресте, наколки горят в жару, За грехи искуплю, вернусь к тебе, душенька. Не верь чужим словам, они – яд подлых душ, Сердце моё – твоё, навек, без оглядки.

Кончается срок, маяк вдали светит тускло, Братва прощается, обнимает в последний раз. Шагну за ворота, в мир большой, в метель снежную, Ищу следы твои по просёлкам пыльным. Если забыла – прости, но позабыть не смог, Любовь зэковская – вечная, как синий орел на плече.

Ой, судьба-крутилка, зачем нас разлучила? Любовь моя, как водка, жжёт в груди огнём. Выйду на волю, найду тебя в глуши, Поцелую в губы, простишь ли, родная? Шансон мой поёт в ночи бессонной, О предательстве, о тоске, о надежде глухой.

Эх, жизнь – баллада с привкусом полыни горькой, Но в сердце искра – и вспыхнет пламя вновь. Подожди, моя, не гаси огонь в очаге, Я иду, сквозь бури, сквозь беды людские.

В зоне серой, где тени пляшут в полумраке, Шансон затихает, но эхо любви живёт... Живёт...