Не жди меня зря

В зоне серой, под небом свинцовым, Стою у окна, курю в одиночку.

Помню вечер тот, в кабаке душном, Глаза твои – как огоньки в тумане. Клялся я тебе: "Вернусь, родная, Из любой беды, из любой заварушки". Но братва предала, нож в спину воткнул, Теперь я здесь, в клетке железной, Сердце ноет, как старая гармошка, О тебе пою в тиши ночной.

Ой, любовь моя, не жди меня зря, Зона съела годы, душу измяла. Но если б мог, сквозь стены прорвался бы, Обнял бы крепко, забыл бы обиду. Эх, судьба-сука, крутит нас в колесе, Но верю, милая, встретимся снова, В той хате старой, под ивой плакучей, Где ждали мы счастья, как дети малые.

Письма твои – желтые, как осень, Приходят редко, но греют душу. Братва поёт у костра в бараке, О бабах, о воле, о жизни крутой. А я молчу, в глазах – тоска бездонная, Вспоминаю губы, тепло рук твоих. Предал друг верный, сдал ментам за бабки, Теперь сижу, срок тяну, как цепь тяжёлую.

Ой, любовь моя, не жди меня зря, Зона съела годы, душу измяла. Но если б мог, сквозь стены прорвался бы, Обнял бы крепко, забыл бы обиду. Эх, судьба-сука, крутит нас в колесе, Но верю, милая, встретимся снова, В той хате старой, под ивой плакучей, Где ждали мы счастья, как дети малые.

Когда-нибудь выйду на волю чистую, Найду тебя в той деревне дальней. Прости за слёзы, за всё, что случилось, Начнём заново, без лжи и измен.

Ой, любовь моя, жди меня, родная, Зона отпустит, и мы с тобой вдвоём. Эх, судьба-сука, но я сильнее стал, Вернусь к тебе, как в сказке старой.

В зоне серой, под небом свинцовым, Пою о тебе... до конца срока.