Малявка из Зоны

В холодной камере, под тусклой лампой, Сердце стучит, как в былые деньки. Вспоминаю тебя, милая, в тишине, Где-то там, за колючей проволокой.

Шёл по жизни я кривой дорогой, Блатной был, с хмурой судьбой на пару. Друзья клялись в верности до гроба, А один предал за лишний грош злой. Зона сомкнула свои железные тиски, Годы летят, как снега за окном. Пишу малявку в родной мой дом, Где ждёт меня старая яблоня в саду.

Ой, любовь моя, не жди меня зря, В этой серой мути я тону по уши. Но вернусь, клянусь, хоть через могилу, Обниму тебя под родным крылом. Шансон зоновский поёт в душе, О предательстве, о тоске глухой. Но надежда теплится, как огонёк, Выйду на волю – и к тебе скорей!

Ночью в бараке шепчут о воле, О бабках, что манят, как мираж в степи. Но я думаю только о твоих глазах, О поцелуях в полумраке двора. Братва делит папиросы в кругу, Вспоминаем былые разборки крутые. А я молчу, в сердце боль ношу, За измену ту, что жжёт изнутри.

Ой, любовь моя, не жди меня зря, В этой серой мути я тону по уши. Но вернусь, клянусь, хоть через могилу, Обниму тебя под родным крылом. Шансон зоновский поёт в душе, О предательстве, о тоске глухой. Но надежда теплится, как огонёк, Выйду на волю – и к тебе скорей!

Эх, если б время повернуть вспять, Не ступил бы на ту дорожку кривую. Теперь каюсь вслух, перед Богом стою, Прошу прощенья у тех, кого обидел. Мама, прости, что сына не дождалась, Любовь моя, держись, я иду к тебе.

Утро встаёт над вышкой сторожевой, Парашютом дым от чифира плывёт. Считаю дни, как узник в цепях, Мечтаю о поле, о реке родной. Предатель тот где-то гуляет свободно, Но карма нагрянет, сомненья нет. Я выйду чистым, с душой обновлённой, И жизнь начну заново, без обид.

Ой, любовь моя, не жди меня зря, В этой серой мути я тону по уши. Но вернусь, клянусь, хоть через могилу, Обниму тебя под родным крылом. Шансон зоновский поёт в душе, О предательстве, о тоске глухой. Но надежда теплится, как огонёк, Выйду на волю – и к тебе скорей!

Да, вернусь я, милая, жди не напрасно, В объятьях твоих растворилась тоска. Зона забудется, как дурной сон, И заживёт сердце в тепле твоём. Эх, шансон... эх, судьба...